Фрагмент выступления американского певца и пианиста Билли Джоэла (Billy Joel) в СССР. В июле-августе 1987 года он посетил с гастролями Москву и Ленинград. Подростком я был на московском концерте Джоэла, на котором он среди своих композиций исполнил и песню Битлз «Back In The U.S.S.R». Вот как это было.
Оригинальным образом отметил получение американского гражданства французский шеф-повар Амори Гишон (Amaury Guichon). В 2013 году он переехал в США и сейчас возглавляет кондитерскую компанию «Pastry Academy». Он создал из шоколада совершенно потрясающую и невероятно детализированную мини-копию статуи Свободы. На сегодняшний день это самое крупное произведение Гишона, оно весит пятьдесят два килограмма и возвышается более чем на два метра в высоту. По словам автора, знаковая скульптура послужила для него источником вдохновения как мощный символ, когда-то преподнесенный французами Соединенным Штатам. Напомню, статуя Свободы была сооружена ко Всемирной выставке 1876 года и посвящена столетию американской независимости (на выставке был показан только факел статуи). Завершенный монумент США получили только в 1886 году. Процесс создания шоколадного шедевра можно посмотреть на видео ниже. Фото: © Amaury Guichon (2021).
8 июля на эксклюзивных лондонских торгах Christie’s был продан рисунок Леонардо да Винчи «Голова медведя» («Head of a bear»). Финальная цена с учетом комиссионного сбора стала рекордной для графики художника. Лот реализован за 8.857 000 фунтов стерлингов. До этого самым дорогим был рисунок Леонардо «Лошадь и всадник», проданный в 2001 году за 8.100 000 фунтов.
Рисунок выполнен на подготовленной бумаге розово-бежевого цвета (верхние углы обрезаны). Размер произведения 7х7 см. Техника: серебряный карандаш. С нижнего левого края рисунка подпись коричневыми чернилами «Leonard de Vinci».
«Голова медведя» − один из восьми известных рисунков мастера, все еще находящихся в частном владении (если исключить работы из Королевской коллекции Великобритании и Девонширской коллекции в Чатсуорт-хаусе). Работа Леонардо, датируемая 1480 годом, на протяжении веков украшала немало выдающихся собраний, например, коллекцию британского художника XVIII века Томаса Лоуренса и известного дилера Сэмуела Вудберна. На торги Christie’s «Голову медведя» выставил американский коллекционер Томас Каплан, владелец знаменитой Лейденской коллекции старых мастеров. Рисунок Леонардо он приобрел в 2008 году, а расстаться с шедевром решил, поскольку работа выбивалась из общей тематики его собрания, посвященного голландской живописи XVII века.
В XV веке медведи были обычным явлением на окраинах Тосканы. В средние века их часто изображали на скульптурах этого региона. Видимо, в начале 1480-х годов образ зверя привлек и внимание Леонардо да Винчи. Используя технику серебряного карандаша, он создал два великолепных рисунка медведей: один находится в экспозиции Метрополитен-музея в Нью-Йорке; второй был продан в четверг аукционным домом Christie’s.
Из цикла «Художник говорит».
«Моя задача сделать то, что должно, картины ли это, литература ли, кино ли. Я только еще музыку не взялся сочинять, но не исключено, что возьмусь. Не признаю термина «современное искусство». Современными должны быть газеты, журналы, телевидение. Искусство должно быть вечным, поэтому даже не важно, какое там время замешалось, главное, о чем речь идет и важно ли это. Весь советский период, например, нельзя перечеркнуть как ненужный, потому что мы тогда выплеснем очень важные вещи, достигнутые титаническим трудом. От чего-то, конечно, надо отказываться решительно: в первую очередь от душегубства и кровопролития.
Я никогда не отказывался от митьков. Мы были тогда достаточно молоды, чтобы не утратить еще «табунения» такого. К тому же все бухали, кроме меня, еще и выпивка совместная − совсем не то, что в одиночку, − сильно сближала и некоторое время играла почти положительную роль. В советское время в группе все-таки было легче выживать. Когда группа есть, складывается мнение: раз несколько человек собрались вместе, нечто их объединяет и содержит в себе какую-то истину.
У нас было просто наплевательское отношение к политике, мы принимали действительность, какой она была, как ветеран привыкает к вросшему в тело осколку. Андрей Битов написал о нас: «Митьки обустроили камеру». Да и советское все уже на волоске висело. Молодым вообще наплевать, что там исчезло из магазинов, если вечером, к примеру, предстоит ослепительное свидание. У меня в книжке «1001 любовь» это описано, и Секацкий красиво на презентации сказал, что главной анестезией был не только алкоголь, но еще и любовь. Я алкоголь до сих пор не полюбил. Зато чувство влюбленности не покидает меня всю жизнь.
Такого, чтоб слава обрушилась, не было, и свободы нам и прежде почти хватало. Органам было, видимо, как-то не до нас. Не было никаких особых шансов прославиться. Вот снял Леша Учитель фильм «Митьки в Европе» − так его никто и не видел толком. У нас и при цензуре основной интерес был не в подцензурных темах. Нас больше интересовали цвет, композиция, какие-то формальные вещи. Поэтому нам особо не мешала идеология. Что-то в юморе сквозило немножко. Но единственная наша акция политическая была во время путча 1991 года. Понаделали плакатов огромных, участвовали в этих митингах, потому что очень уж не хотелось красных флагов. Это было единственное прикосновение к политике.
Сейчас агрессия выражается просто − не покупают картин, вот и вся агрессия. В советское время мещанская среда вообще ничего не хотела, а лишь боялась, что будет невинно посажена. Потреблять было нечего. Проблема была купить колбасы − без названия, какой-нибудь колбасы. Я в Новгороде много работал и ездил с целым рюкзаком: сыр, колбаса и масло. Меня ждали с распростертыми объятиями, чтобы все это поделить. Если и была агрессивность, то по инерции от предыдущих, более душегубских времен, как проявление страха − как бы и им рикошетом не влетело… Тогда и слова «конкуренция» не было, только «соцсоревнование», флажок, который мог разве что пионеров увлечь. Современная же агрессия чисто коммерческая. Постоянный страх, что тебя обманут, подставят, обойдут. Кто-то больше заработал, чем ты.
Конечно, некоторые сильные произведения могут влиять на умы. Нельзя отрицать, что Октябрьская революция была отчасти из-за азартных интеллигентских выкриков «Долой царя!» и многих вполне художественных произведений. Все это было с безответственным нетерпением, поспешно. Я не поддерживаю прямо либерализм (хотя сам себя чувствую к этому крылу причастным), потому что они очень торопятся. Вот сейчас скинем царя − и будет так, как надо. Управляют во все времена всем и во всем мире силовики и «финансовики», они же выдвигают на первый план лидеров, но среди них образуются элиты, которые между собой враждуют. Если дать им сцепиться, начнется та самая гражданская война. Начнется дележ границ, производств, полезных ископаемых, курортных мест. Каждому большего хочется. А как взять? Войной.
Народ тонко чувствует: если все резко поменяется, первое время точно лучше не станет. Есть такой опыт у всех. Поэтому и голосует за эту «Единую Россию» все-таки довольно много народу, потому что: «Ну вас на хрен!». Программы же иные читать неохота, да и не очень понятно. «И не надо нам ничего, никаких перемен».
Виктор Иванович Тихомиров (1951 г.р.), российский художник, писатель, кинорежиссер, участник группы «Митьки».
С творчеством замечательного голландского модельера Айрис ван Херпен (Iris van Herpen) мы уже немного знакомы. Я неоднократно писал о ее коллекциях, начиная с 2018 года. Эти статьи можно почитать здесь, здесь и здесь. По словам художницы, она всегда хотела работать с материалами, которые невозможно контролировать: с водой, воздухом или энергией.
5 июля на неделе высокой моды в Париже Айрис показала свою новую коллекцию из девятнадцати костюмов, названную «Earthrise» («Восход Земли»). В коллекции преобладают водные и цветочные мотивы, а в дизайне прослеживается явная экологическая направленность. Для этого проекта Айрис ван Херпен привлекла и других авторов. Например, художник Роган Браун (Rogan Brown) предложил украсить кружевные платья вырезанными при помощи лазера декоративными рельефами, напоминающими коралловые рифы. Кейси Карран (Casey Curran) придумал кинетические полосы, которые переливаются завораживающим градиентом от синего к белому. Джеймс Мерри (James Merry) создал футуристические аксессуары из металла, а Эйчи Мацунага (Eichi Matsunaga) отметился дизайном длинных луковичных ногтей. Пять платьев из коллекции были полностью изготовлены из переработанного пластика, полученного от компании «Parley for the Oceans» (она защищает водные просторы планеты от загрязнения и дальнейшей деградации). Фото: © Iris van Herpen, © Siermond Nicholas, © Masha Vasyukova (2021).
Председатель Союза театральных деятелей России Александр Калягин опубликовал вчера вечером открытое письмо главе МИА «Россия сегодня» Дмитрию Киселеву, в котором прокомментировал скандальные театральные премьеры последнего времени.
«Уважаемый Дмитрий Константинович!
С интересом выслушал Ваш комментарий по поводу предстоящей премьеры в столичном театре − Театре на Малой Бронной, где на роль Раневской (великая роль мирового репертуара) приглашена трансгендер Наталья Максимова. Ясно, что все это сделано исключительно ради скандала. Во МХАТ им. М. Горького Ольга Бузова была приглашена с единственной целью привлечь внимание, а теперь в Театре на Малой Бронной Наталья Максимова, которая интересна исключительно тем, что в юности сменила пол, получает великую роль в пьесе А.П. Чехова. И этот факт биографии Максимовой, который, по логике, должен был бы скрываться, напротив, становится главным пиар-ходом.
Ксения Собчак приглашает ее на свою передачу, и для широкой общественности устраивается каминг-аут (этот термин доселе мне был неизвестен), дабы подогреть интерес к будущей премьере такой пикантной и шокирующей подробностью.
Собственно говоря, совсем недавно я размышлял обо всем этом в своей статье, опубликованной в «Московском комсомольце» (09.06.2021), где с огромным сожалением говорил о таких модных режиссерах, которые ничем другим, кроме скандала, не могут привлечь к себе внимание. Эпатаж для них − единственный способ завоевать публику.
И теперь самое главное. Как с этим бороться? Учредитель, который пропускает такие спектакли, известен.
Вы почему-то, уважаемый Дмитрий Константинович, уверенно сказали, что мог бы вмешаться Союз театральных деятелей России, но, увы, не вмешался. Должен Вам сказать, что наш Союз − общественная организация, которая может дать только совет учредителю, когда назначается тот или иной художественный руководитель. И только совет. Других прав у нас, к сожалению, нет.
Совет, который не всегда и не все хотят слышать. Союз театральных деятелей не может взять на себя функции цензурного комитета хотя бы потому, что в нашей стране, слава Богу, цензура запрещена.
Еще в 2006 году в статье «Театр, выставленный на продажу» («Независимая газета», 15,03.2006) я писал: «Произошло невозможное − театр стал внедряться в индустрию развлечений! На наших глазах даже академические сцены отдаются под коммерческие проекты, которые осуществляют умелые режиссеры, привлекая артистов с «медийными» лицами. И эта болезнь очень заразительна, нам угрожает настоящая эпидемия, которая может разрушить российский театр». Я предсказал это 15 лет назад.
Сейчас не буду рассказывать о тех мерах, которые я предлагал предпринять. Но хочу на Ваше обвинение высказать в ответ обвинение и Вам: тот феномен, который я называю «модным театром», работающим во имя и для скандала, создан во многом и поддерживается телевидением. Какая еще пресс-конференция идет в прямом эфире? Только та, которую ведет модный режиссер Константин Богомолов.
И когда вы задаете с возмущением вопрос, а кто это оплачивает, когда спрашиваете: «На государственные деньги?» − то этот вопрос должен быть обращен к учредителю, и только к нему.
Вы правы, уважаемый Дмитрий Константинович, − нравственный уклад российской жизни формируется всеми вместе, и не оголтелой пропагандой, а тончайшими механизмами, которые способны воздействовать на общественное сознание. Это и телевидение, это и образование, это и искусство».
В Москве на 82-м году жизни умер известный российский кинорежиссер, актер, сценарист, продюсер и педагог Владимир Валентинович Меньшов (1939-2021). Причиной смерти называют последствия короновирусной инфекции.
Без преувеличения, Владимир Меньшов был одним из самых всенародно любимых режиссеров российского кино. Снял фильмы «Розыгрыш» (1976), «Москва слезам не верит» (1979), «Любовь и голуби» (1984), «Ширли-мырли» (1995), «Зависть богов» (2000). Сыграл в лентах «Курьер» (1986), «Город Зеро» (1988), «Досье детектива Дубровского» (1999), «Ночной дозор» (2004), «Ликвидация» (2007) и других.
Светлая память вам, Владимир Валентинович!
С 20 мая по 17 июня этого года в лондонской галерее «Maddox» прошла персональная выставка итальянских художников, братьев Ренато и Роберто Миаз (Renato Miaz, Roberto Miaz). Для экспозиции «Прошлое, настоящее и незаметное» («The Past, Present & Imperceptible») авторы предложили несколько десятков картин, в которых переосмыслили наследие европейской классической живописи. Работы художников напоминают расфокусированные проекции полотен старых мастеров, в которых одновременно присутствует обобщение традиционных жанровых и портретных композиций, и пренебрежение к конкретике изображаемого. Братья Миаз работают на холсте в технике акрила, активно используют спрей и характерные подтеки краски, подчеркивающие связь с современными живописными практиками, в частности со стилистикой граффити. Чтобы внести ясность в эти работы, художники призывают зрителя выйти за рамки авторских намерений, дают ему возможность пробудить воображение и интерпретировать произведения по-своему.
Куратор Джей Ратленд (Jay Rutland) из галереи «Maddox» комментирует: «Братья Миаз обладают способностью превращать нечто столь конечное, как портрет, в безграничный опыт. Их фирменная туманность так же прекрасна, как и гениальна, и с каждой работой они напоминают нам, что нет ничего по-настоящему незаметного». Все изображения: © Miaz Brothers / maddoxgallery.com (2021).
В дизайне советского фарфора присутствовала не только агитационная тематика. Вот этот красивый сервиз с индустриальным орнаментом от Людмилы Викторовны Протопоповой изготовлен в 1931 году по формам художника Сергея Васильевича Чехонина (1878−1936).
Л. В. Протопопова (1906−1981) окончила керамическое отделение художественно-промышленного техникума в Ленинграде. Во время обучения ее преподавателями были художники Э. Н. Шарикова-Досс и А. А. Скворцов. C 1930 года работала на Ленинградском фарфоровом заводе, которому посвятила почти всю свою жизнь. Из всей плеяды молодых мастеров, пришедших на ЛФЗ в конце двадцатых − начале тридцатых годов, Людмила Протопопова наиболее последовательно обращалась в своем творчестве к актуальным темам современности. Фото: © ЛФЗ-ИФЗ. Continue reading
Петербургский писатель и культуролог Андрей Столяров поделился мыслями о распределении гонораров у современных литераторов. Отсюда.
«То и дело слышу романтические (пока назовем это так) рассуждения, что наступила новая эпоха книгоиздания. Теперь любой автор может сам продавать свои книги через Интернет и получать – без посредников – очень ощутимые гонорары. Приводятся одни и те же примеры. Дескать «один мой знакомый» выложил в сети свой роман и в течение месяца получил за него от читателей 200 тысяч рублей. Фамилия знакомого при этом не называется. Или: некий автор, тоже выложив в сети свой роман, быстро получил за него больше миллиона рублей. Ну да. Такое бывает. И я могу рассказать историю, как один мой знакомый купил лотерейный билет и выиграл на него то ли телевизор, то ли что-то еще.
Реально же дело здесь заключается в следующем.
Существуют масштабируемые и немасштабируемые секторы экономики. Дантист не может ставить пломбу десяти пациентам одновременно, он вынужден делать это последовательно. Это немасштабируемая экономика. Зато автор не пишет отдельный роман для каждого читателя, а создает одну книгу как бы «для всех», и если судьба книги оказывается удачной, получает соответствующий гонорар. Иногда очень большой. Это масштабируемая экономика.
Однако масштабируемая экономика, в данном случае книгоиздание, существует в определенном формате. Здесь 90% всех гонораров собирают 10% наиболее успешных авторов. А оставшиеся 10% денег делят между собой 90% менее удачных писателей. Так было при бумажном книгоиздании. Так будет и при сетевом. Ничего не изменится. Дело не в том, как издана книга – в электронном виде или в бумажном, через издательство или самим автором. Дело в том – как попасть в верхний дециль.
В общем, романтические суждения оказываются просто наивными. О художественном качестве книг я пока даже не говорю. Ничего личного. Чистая экономика». Фото: © Андрей Столяров / Facebook автора.
