Юрий Любимов ушел. Вместе с ним закончилась история легендарного «Театра на Таганке», возглавляемого им на протяжении сорока с лишним лет. Этот немалый промежуток времени можно условно разделить на активный период, т. н. период творческого энтузиазма, который длился ровно 20 лет (с 1964 по 1984 годы, до вынужденной любимовской эмиграции), и на период смуты и рефлексии (это то, что случилось с театром после 1989 года, хотя, признаюсь, и в 90-е и 2000-е в «Театре на Таганке» случались отличные спектакли). Наверное, это связано с тем, что по-настоящему яркая и созидательная жизнь любого театра составляет не более 15-20 лет, после чего театр или умирает, или продолжает существовать уже по инерции, превратившись в законсервированную самопародию. Конечно, театральный коллектив, в принципе, можно попытаться реанимировать, вдохнув в него новую жизнь, (привлечь свежего лидера, обновить репертуар и т. д.), но с «Театром на Таганке» этого, увы, не произошло. Потому, что нового лидера, сопоставимого по масштабу личности с Юрием Любимовым, рядом просто не оказалось. Ни Губенко, ни Золотухин, ни даже Эфрос – ни подошли. Почему? Наверное потому, что Юрий Любимов был тем исключительно редким типом руководителя, в котором органично сплавились непреклонная воля и творческая харизма, перфекционизм и отеческая ревность, позволяющие быть одновременно и полновластным демиургом и идейным вдохновителем, единолично решающим всё и вся, и не терпящим на своем пути ни колебания, ни малейшего возражения. Ну и естественно – большой талант в Любимове присутствовал! Надо ли напоминать, что любые попытки в полной мере заменить Любимова кем-то другим, уровнем пожиже, были заранее обречены на провал. Скандал с коллективом, случившийся в 2011, лишь подтверждает этот тезис: главный в театре все-таки режиссер, а не актеры. Принято считать, что хороших артистов мало. Но это не так. Гениальных, да – единицы, а хороших – пруд-пруди. Хороших артистов всегда и заново набрать в труппу можно, да и в своем коллективе взрастить-воспитать, а вот без крепкого Карабаса-Барабаса с дирижерской палочкой далеко ли уедешь? Ведь не пошатнулся же любимовский чертог после смерти Владимира Высоцкого, ухода Николая Губенко, Леонида Филатова и других. Стоит ли сравнивать такой метод работы режиссера со сталинской тиранией? В чем-то, может и стоит.

Сам Юрий Петрович сказал об этом в одном из своих интервью так: «С ними, с актерами, надо очень жестко. Есть табель о рангах, и без нее жизни не бывает. А превратное понимание свободы приводит к хаосу. Вы знаете, сейчас модно говорить, что я не люблю актеров. Ну зачем же я столько бы вкладывал энергии, чтобы они стали хорошими актерами, если бы я их не любил? Ну и идите с Богом, все, если не хотите со мной работать. Артисты доходят до такого эгоизма, что им кажется: все ерунда, кроме них. Свой строй в театре я бы назвал просвещенной монархией. Все входит в профессию режиссера. Надо знать живопись, скульптуру, уметь владеть пространством, уметь поставить свет, сделать композицию, которую они старательно будут разрушать, наши непрофессиональные артисты. Что творится с языком – они не умеют говорить, актеры наши. Шепчут что-то, ничего не слышно. Дикция плохая. Я не Маркс, который больше всего любил борьбу, Господь с вами, зачем мне это надо! Я хочу своим делом заниматься спокойно, отбирать таланты и передать все, что я умею. Я никогда не ставил политических спектаклей, не считал, что у меня политический театр. У меня всегда было свое художественное кредо. Авторов я выбирал не по политическим, а исключительно по эстетическим критериям. Если они были созвучны моим представлениям о Красоте».

Понятно, что никакие актеры контроля над собой не любят. Также известно, что Юрий Петрович имел обыкновение просматривать свои спектакли прямо из заполненного зрителями зала, и когда актеры начинали халтурить, отсебятину пороть, сигнализировал труппе с помощью фонарика с цветными стеклами, чтобы не расслаблялись. И поощрял таким же образом: мол, все нормально, хорошо сцену сыграли! Однако, актеры народ мстительный и импульсивный, и со своей стороны некоторые из них обвиняли Любимова в грехах и похлеще: находили его мелочным, грубым, расчетливым, жестоким, амбициозным. Допустим, в этом и присутствует доля истины, но ведь всякий большой художник – это всегда сложная личность, с далеко не самым легким характером. Юрий Любимов: «Если актер сам себе что-то режиссирует на сцене, он теряет непосредственность, наив пребывания в обстоятельствах. Мне надоело быть актером в сорок пять – я вдруг стал видеть результат. Актеры всегда выламываются. С ними – как в цирке: в клетку надо заходить с хлыстом, а когда пристают – оп! – и морковку».

И еще цитата из любимовских «Рассказов старого трепача», опубликованных в 2001 году: «Строит постановку режиссер, а не актеры. Я ставлю спектакль как балет: полшага в сторону – и все погибло. А у актеров настроения иждивенческие, от них иногда можно услышать: «Вы сами плохой актер, давно не играли, поэтому требуете от нас невозможного». Ансамбль звезд – это еще не спектакль. Да хоть бы звезд! А то ведь жалкие дилетанты! Это Станиславский приучил нас к тому, что каждый актер – сам себе режиссер. Вот они и не вписываются в партитуру. Я, когда начинаю работать над спектаклем, уже знаю, как он будет поставлен, в какой манере – будет это масло, акварель, графика или плакат. Мне все уже ясно, а господин актер продолжает выписывать свой характер «по Станиславскому». И жалуется, что режиссерская диктатура уничтожает в нем творца! В общем, театр – это сволочное дело. Денег не платят. Спектакли – каждый день. С каждым будь дипломатом – с начальством, с актерами, с художниками, с машинистом сцены».
И напоследок фрагмент из еще одного интервью: «…я эти отношения всегда с актерами устанавливал (даже оперными): вам не нравится – покажите, что вам удобно. И если я вижу, что это лучше того, что я предлагаю, я с радостью соглашусь, но, к сожалению, это редко бывает. И их нельзя обвинять: они не видят целого. Не знаю, тут какая-то путаница и странности происходят, актеры всегда обижаются, независимо от того, какие они актеры: балетные, оперные, драматические, ведь никто не отнимает их дара исполнительского, но это другая профессия – режиссера, кто-то должен делать целое…».

P.S. Короткая справка: Юрий Петрович Любимов (1917 – 2014) – выдающийся российский театральный режиссер, актер и педагог. Один из реформаторов российского театра, создатель и многолетний художественный руководитель легендарного «Театра на Таганке», Народный артист Российской Федерации (1992), Лауреат Сталинской премии второй степени (1952) и Государственной премии России (1997). Скончался 5 октября 2014 года в Москве в возрасте 97 лет.