Словенский культуролог и философ Славой Жижек (Slavoj Žižek) рассуждает об идеологии в современном мире:
«Все думают, что «идеология» — это что-то из советского прошлого, причем так считают не только в России. Думают, раз коммунистические государства развалились, то и «идеология» вслед за ними. Идеология просто изменилась — теперь миром правит прагматизм и гедонизм. И ее сила заключается в том, что никто не хочет воспринимать этот термин серьезно. Сопротивление этому слову только это подчеркивает. Чаще всего мы сталкиваемся с идеологией именно в форме массового кино. Забавная штука, но один мой приятель заметил несколько лет назад, еще до кризиса, что и термин «капитализм» вдруг начал исчезать. Все несли чушь про рыночную экономику, глобализацию и черт знает еще что, но только не про капитализм. Что опять же лишний раз подтверждало, что мы до сих пор живем в капиталистическом мире.
Идеология — вообще штука сложная. Большинство наивно представляет ее как какую-то агрессивную промывку мозгов, зомбирование людей в тоталитарных государствах и так далее. Но, как говорил философ Луи Альтюссер, идеология — это наша спонтанная реакция на мир. Ее сложно увидеть и обнаружить и поэтому с ней сложно сражаться. Грубо говоря, идеология заключена в нашем взгляде на мир. Борьба с ней — это же не спор с абстрактной интеллектуальной доктриной, которую ты отчетливо видишь и можешь критиковать. В некотором роде это борьба с нашей собственной природой. Это довольно болезненный опыт, ведь это фактически означает разрушить основание твоего мира. То есть это опыт не освобождения, а потери. Почему? Идеология нас подкупает, доставляет нам эрзац-удовольствие, кормит и дразнит небольшими порциями этого удовольствия. Вот, скажем, СССР. Вы думаете, идеология — это обязательные унылые курсы истории КПСС? Черта с два! Сила идеологии заключалась в бесконечных анекдотах о партийных чиновниках, которые мы с таким удовольствием сочиняли и рассказывали. Именно из-за своей «незаметности» она была такой живучей.
Необходимы провокация и юмор. Поэтому я поддерживаю акцию Pussy Riot — ты должен шокировать. Если вы думаете, что можете спокойно кому-то объяснить скрытые механизмы идеологии, а потом тебя обнимут и крепко пожмут руку: «Спасибо, дружище! Теперь я все понял», то такого не бывает. Должна быть настоящая травма. А что касается юмора, то возьмем христианскую идеологию. Думаю, с ней куда эффективней бороться изнутри, а не снаружи — усложняя ее и запутывая. Можно быть тупым атеистом, а можно действовать хитрее, как Кафка: «Некоторые считают, что бога нет. Нет, бог есть, но что если он злой?» И так далее. Или другой мой любимый пример со словенской панк-группой Laibach. Во время тура по США их спросили, верят ли они в бога. На что они показали долларовую купюру, ткнули пальцем на надпись «In God we trust» и ответили: «Мы верим в бога, но в отличие от американцев ему не доверяем».
Что касается меня, то я до сих пор наивно верю, что кино, особенно Голливуд, дает нам инструмент для исследования доминирующей идеологии. С этой позиции любой фильм представляет интерес — даже какая-нибудь «Кунг-фу Панда». И с другой стороны «Аватар» и другие так называемые «умеренно левые» фильмы — они же левые только на поверхности. И очень важно об этом постоянно напоминать. Вот как фильм «Вся президентская рать» — все считают его левым: «О боже! Даже президент Америки коррумпирован!» Но под этим подспудно прославляется американская свобода. Там каждый кадр кричит: «Какая мы великая и свободная страна, раз журналист может отправить президента в отставку!»
Это то, что я называю сталинистским поворотом мысли: чтобы освободить общество, надо в первую очередь снять цензуру с мечтаний. Это возвращает к началу нашего разговора: идеология — это ведь не что иное, как наши самые потаенные мечты и желания, и кино дает их увидеть. Но как изменить мечты — вопрос, который каждый решает сам».
Полностью текст опубликован здесь.
