Однажды я разговаривал с одним − не старым еще − художником «поколения селфи», который делал неплохие видео-инсталляции и оп-арт объекты. Беда была только в том, что его работы недвусмысленно напоминали творчество дюссельдорфской арт-группы «Zero» образца шестидесятых годов. На мой вопрос: зачем, собственно, батенька, повторами-то заниматься? − паренек с умным видом стал доказывать, что надо работать по «законам» жанра, иначе может черти-куда занести… Так вот, по моему скр. мн., настоящее искусство просто обязано черти-куда заносить, возбуждать, будоражить и вдохновлять. А уж contemporary art и подавно обязано. О чем-то подобном возопил на днях галерист Владимир Овчаренко, посетивший Венецианское биеннале. И с ним трудно не согласиться:

«Фактически Россия только что проиграла чемпионат мира по искусству. Будь я министром культуры, уволил бы к черту всех ответственных, увидев такой Русский павильон. Современного, насмотренного, забитого информацией человека задержать даже на пять минут в одном месте − это надо умудриться. Вот немцы смогли: их павильон − это торжество инсталляции. На час, на полчаса − кто сколько выдержит, − но они хватали зрителя за душу и перебрасывали его в другой мир. За это им и дали главный приз. А в Русский павильон мы никаких очередей и не видели. Большинство проходили мимо, потому что понимали или слышали, что в Русском − фигня, как обычно. От русских никто ничего не ждет. Как была при Совке вата, так и осталась. Ладно еще внутри страны вата − плитки, тротуары, пробки, пятиэтажки − черт с ним, все все понимают. Но там-то зачем это все? Вы думаете, это кому-нибудь интересно? Мир живет вообще другими идеями.

Хорошо, вы не хотите жить как остальной мир. Хотите показать Западу кузькину мать. Так покажите! Забейте гвоздь в гроб Дэмиена Херста: выкопайте пару трупов из Кремлевской стены, пускай они всем расскажут, как жить, − вызовите ад из подземелья или поставьте священников, пусть поют на весь Джардини. Но сделайте хоть что-то! Столько мозгов в стране − объедините математиков с биологами, художников с кинорежиссерами. Все боятся русских хакеров − хакните американский павильон! Хотите православие и ценности нести миру − так несите. Не важно даже, о чем будет высказывание. Хоть плиткой своей уложите всю Сан-Марко, чтобы вся Венеция гудела: «Приехали эти русские со своей плиткой». Что-нибудь сделайте, что запомнится. Не делайте никому не нужную безликую муть. В гигантскую выставку Дэмиена Херста вложено под сто миллионов долларов, а если продать все работы, прибыль будет под миллиард. А вы тратите миллиарды долларов на какую-то Russia Today. Потратьте здесь хоть немного, выиграйте идейно. Давайте хоть кого-то взбудоражим − но нет, такой задачи в принципе не ставится. Наши кураторы об одном думают: лишь бы им пинка под зад не дали, заделаем оливьешку, смешаем героическое с модненьким, глядишь, что и получится. Вы кого боитесь, Путина или Мединского? Так Путин вам наоборот скажет: «Я что, за вас еще и павильон должен делать?» Надо было Путина сделать главным художником Русского павильона. Все оглядываются на государство, ну так пусть государство тогда вдарит как следует. Импотенция − вот состояние российского общества и госкураторства, и-м-п-о-т-е-н-ц-и-я.

Биеннале проехали − в июне все едут на «Документу», а после еще и на «Арт Базель». Цирк современного искусства разъезжает по миру! Художники, коллекционеры, галеристы гудят, все обсуждают сделки, цены, тенденции. А русские бизнесмены искусство покупать боятся: «Ну я куплю, дома повешу, потом ко мне кто-нибудь из приятелей-чиновников придет в гости, скажет: «Ты что, этих упырей поддерживаешь, ты что, за Pussy Riot?» Оно мне надо? Я лучше просто в Венецию съезжу посмотрю, потусуюсь». Вот наш народ все больше и тусуется. Но на этом празднике жизни мы сидим на обочине. Посмотрели, как в мире люди живут, и вернулись в нашу деревеньку. Понятно, мы кое-как у себя в селе крутимся − аукционы, галереи, художники − на хлеб с маслом хватает. Но вообще-то круто же не только в своем околотке сидеть, а взять и выехать на большую дорогу: потрындеть там, да и поторговать с соседями выгодно. Но нам оно не надо. Напились просекко и дальше будем дрова колоть».