Из цикла «Художник говорит».

«Очевидно, что первичное разделение в искусстве произошло в тот момент, когда первые рисовальщики разделили мотивацию к рисованию. Одни хотели и творили красоту, раскрашивая и делая тату на себе и своих соплеменниках, или же изображая на стенах пещер и на камнях восхищавших их животных. Вторые же начали вносить в изображение функционал – например, изображая на телах людей некие абстрактные знаки, показывая их социальный статус. То, что было набито на теле вождя или шамана не могло быть обнаружено на рядовом соплеменнике. В наше время это различие приняло институциональные формы – искусство разделилось на «файн-арт» и «хай-арт». В эти два понятия можно, практически, вместить любые проявления искусства – от традиционных картин, до перформансов или акционизма.

Упрощенно можно сказать так – есть искусство для украшения пространства и эстетических запросов любителей всех видов творчества – кино, театр, дизайн, архитектура, музыка… А есть искусство, которое призвано вызывать у зрителя душевное сопереживание, духовный катарсис, интеллектуальный отклик – это то, что не имеет срока давности, не подлежит устареванию, не перестает быть актуальным в своей сути.

Очень редко эти два вектора развития искусства совмещаются в творчестве того или иного художника, и тогда мы понимаем, что этот мастер – наследник по прямой всех творцов, начиная с того, кто впервые на скале нарисовал победу Красоты и Духа.

Быть таким художником очень сложно, особенно в наши дни, когда победила идеология «общества потребления», а естественные права человека на Свободу и свободу самовыражения, превращены в жупел сомнительной вседозволенности.

Европейское искусство всегда развивалось через конфликт и последующий катарсис, в отличие от созерцания и самадхи восточных традиций. Даже такое понятие как психологический портрет возможен только в ойкумене христианских культурных кодов. Тем печальней видеть, как и во что преобразуются ценности, заложенные во времена Возрождения. Самые страшные профанаторы чистоты искусства те, кто под личиной духовности творят картинку на потребу. Кто, беря «высокие» темы, превращает свои картины в «открытку», кто, решая задачи уровня отдела постеров в «ИКЕЕ», использует «вечные темы»…

Есть и удивительные мастера, в которых, независимо от их принадлежности к тем или иным направлениям и школам, присутствует некая монада творчества, а в их картинах проявлен дзен. Таковы мастера пейзажа китайской и японской акварели прошлого. Некоторые современные пейзажисты так же работают на стыке Красоты и Философии.

Сказать, что современный мир стал иным нежели 500 или 1000 лет назад невозможно, хотя одно различие бросается в глаза – ценность жизни на уровне политического лицемерия выросла, а в реале все это выглядит, как фиговый листок на срамном месте человечества… Раньше Смерть была частью Жизни и поэтому искусство имело мощное влияние на людей, теперь же Смерть − это просто конечная остановка, за которой нет ничего, и поэтому современное искусство чаще всего смотрится, как интеллектуальная игра (совсем не на касталийском уровне), или становится совсем дешевым «зрелищем» за кусок «хлеба».

Это началось с момента, когда искусство стало реально «принадлежать» народу», то есть среднему классу на Западе и интеллигентным чиновникам в России – оно стало исправно служить новым хозяевам, которые, в лучшем случае, разрешали художникам быть «придворными шутами».

Сейчас ситуация меняется благодаря возникновению большого информационного поля в виде соцсетей и интернет-каналов, которые могут формировать мнение масс. Именно поэтому со свободными блогерами и даже с простыми потребителями виртуального контента идет такая жесткая борьба − и со стороны властей, и со стороны владельцев этих новых форм СМИ. Поэтому так важно в наше время быть не просто мастерами, но и НЕРАВНОДУШНЫМИ ХУДОЖНИКАМИ».

Дмитрий Плоткин (1960 г.р.) – современный российский художник.

Фото: © Кирилл Зимогорский, архив автора / FB.