Из цикла: «Художник говорит».

«Художник почти никогда не знает, как писать. Иногда знает, но потом, когда пишет, делает все равно все по-другому. Ему уже сразу скучно делать так, как он знает, он хочет перепрыгнуть себя через голову. Он не может «не писать». Главное – ввязаться в бой. Со знаменем в руках, на котором написано: «Не так», он может победить себя в первую очередь. Все, что останется на холсте, – это несогласие автора с тем, что могло бы быть или было в процессе создания чего-то, что было побеждено и оставлено на поле битвы в том виде, в каком мы видим это. Чем меньше врагов на поле брани, тем быстрее и легче победа. Если нет ни одного врага, это скорее всего гениальное и победоносное шествие на белом коне в сверкающих доспехах под аплодисменты публики и с пустотой внутри или равнодушным «да, я это сделал». Вот почему Моцарт, идя к Сальери с гениальным произведением, может остановиться и слушать «слепого скрыпача». Что-то, данное сверху, влилось в хорошо подставленный, приготовленный специально для этого сосуд. Удовлетворение от осознания предшествующей, большой, трудной и мучительной работы, длящейся годами, может оставить душу почти без чувственных колебаний. То, что называется вдохновением, − это отлично сшитый, быстро найденный и безупречно подходящий прекрасный костюм. Как будто так и было всегда. Что-то с чем-то почему-то совпало. Ощущение использованности в нормальном смысле. Как будто время прошло сквозь тебя быстрее, чем обычно, быстрее и легче, как теплый летний ветерок, шевельнувший локон волос».

Петр Козлов, российский художник.