После бессонной ночи, проведенной в раздумьях, Стивен Кинг признался, что лучшим фильмом, который он видел в жизни является «Крестный отец, часть II».
Сложно ограничиться чем-то одним, но я бы назвал… скажем… фильм Хэла Эшби «Будучи там» («Being There»), 1979 года. А что у вас?
Работы американской художницы Бетси Янгквист (Betsy Youngquist) сложно классифицировать. Это не совсем куклы, не совсем скульптуры и не совсем ювелирно-дизайнерские изделия. Скорее это что-то среднее между сюрреалистическим арт-объектом и декоративным украшением, выполненное из фрагментов винтажных фарфоровых кукол, бисера, ткани и кристаллов. Все эти элементы объединяются для создания странных существ, иногда завораживающих, но чаще пугающих своим синтезом антропоморфных и анималистических черт. Бетси Янгквист работает в творческом тандеме со скульптором Скоттом Лонгом, который помогает сформировать образ будущего персонажа и определить какое животное больше сочетается с кукольными фрагментами, используемыми в произведении. Обычно Лонг лепит тело будущей скульптуры, а Янгквист придумывает внешнее оформление из бисера и камней. По словам художницы, в своих работах она переплетает дух человека и сущность животного, позволяя взглянуть на мир через сюрреалистические линзы. Наверное, творчество Бетси Янгквист действительно отражает ее интерес к людям, животным и мифологии. «Моя жизнь как художника, и моя история как личности, переплетена со значимостью животных, с которыми пересекался мой путь. Иногда, я думаю, мы хотим видеть себя в этих созданиях, для того, чтобы слышать то, что они должны до нас донести» − считает автор.
Бетси Янгквист родилась в 1965 году в городе Рокфорд, штат Иллинойс. В 1987 году она с отличием защитила диплом бакалавра искусств в университете North Park (Чикаго), а в 1992 году получила степень магистра искусств в Висконсинском университете (Мадисон). В 1998 году работа Янгквист «Полет зебры», выполненная из текстиля и бисера, впервые была экспонирована на выставке. В 2006 году анималистические сюжеты художницы стали трехмерными, обрели человеческие черты и были представлены на «Smithsonian Craft Show» в Вашингтоне. Работы художницы находятся в частных, музейных и университетских собраниях США, Швеции и Японии. Сайт автора: www.byart.com. Все фото: © Larry Sanders.
О том, почему произведения одних художников стоят запредельных денег, а работы других не стоят практически ничего, размышляет известный экономист и знаток искусства, профессор Гарварда Дональд Томпсон (Don Thompson). Выдержки из его замечательной книги «Как продать за $12 миллионов чучело акулы. Скандальная правда о современном искусстве и аукционных домах», привожу по изданию: Москва, «Центрполиграф», 2009 г., перевод с английского Н. И. Лисовой, стр. 12-26. Итак:
«Считается, что оценивать произведение искусства следует не столько по его содержанию, сколько по инстинктивному пониманию того, что хотел сказать художник. Моя жена Кирстен Уорд, врач и психолог, говорит, что самое сильное воздействие на человека искусство оказывает в том случае, если заставляет думающую часть мозга «общаться» с его чувствующей частью. Великое искусство говорит ясным языком, тогда как более тривиальные работы «умирают», по выражению критиков. Опытный коллекционер, прежде чем купить картину, возьмет ее домой, чтобы иметь возможность смотреть на нее несколько раз в день. Вопрос в том, как картина будет смотреться через неделю или месяц, когда перестанет действовать ее новизна, − сохранит ли она эмоциональный заряд, будет ли в ней по-прежнему видно мастерство художника. Continue reading
Сегодня не стало замечательного художника Владимира Ивановича Глухова. Ему было всего 57 лет. Владимир Глухов родился 22 апреля 1961 года в Душанбе, в 1981 году окончил душанбинское Художественное училище им. Олимова, в 1988 − МГХИ им. Сурикова в Москве. C 1998 года жил и работал в Тюмени. Был членом Союза художников России, участником многочисленных выставок. Произведения Владимира Глухова хранятся в музеях Душанбе, Москвы, Тюмени, в частных коллекциях по всему миру. Владимир Глухов был человеком доброй души и большого таланта, всегда щедро делился секретами профессионального мастерства. Его советы для молодых живописцев неоднократно публиковались на страницах сайта dianov-art.ru. (Вот только несколько ссылок навскидку − 1 и 2). С работами художника вы также можете познакомиться в интернет-галерее ArtNow. Попрощаться с Владимиром Глуховым можно будет 12 сентября, с 16 до 17 часов в Патрушево (Тюмень), в ритуальном зале №2. Похороны состоятся в г. Владимир.
Светлая память вам, Владимир Иванович!
Интересный синтез цифровых технологий и живописи продемонстрировал английский художник Мэттью Стоун (Matthew Stone) в рамках своей персональной выставки «Исцеление ран» («Healing With Wounds»), состоявшейся этим летом в лондонской галерее «Somerset House». В работах Мэттью прослеживаются влияния и фигуративного искусства и абстрактного экспрессионизма. Подобное сочетание фрагментированных бюстов и тел, напечатанных с помощью цифрового принтера прямо на холсте, напоминает мне знаменитые «эскизы» Фрэнсиса Бэкона, но не столько технологически, сколько в меру своей импульсивности. Сначала художник импровизирует красочными мазками, формируя с их помощью композиционный план будущего произведения. Затем он фотографирует и намечает изгибы человеческих фигур, используя несколько компьютерных программ. Сегменты тел нависают, скручиваются и парят над нарисованными тенями, создающими иллюзию глубины. Окончательные сцены картины печатаются прямо на ткани, а детали прорабатываются акрилом. Более широко с творчеством Мэттью Стоуна вы можете познакомиться в Инстаграме или на персональном сайте автора.
190 лет назад в родовом имении Ясная Поляна в Тульской губернии родился Лев Николаевич Толстой (1828-1910) − будущий великий русский писатель. На мой взгляд, по глубине художественного воплощения «Анна Каренина», пожалуй, главное и наиболее многогранное произведение всей русской литературы.
«Многие относятся к Толстому со смешанным чувством. В нем любят художника и терпеть не могут проповедника. Но в то же время отделить Толстого-проповедника от Толстого-художника невозможно: все тот же низкий, медлительный голос, то же крепкое плечо, что легко выдерживало и ношу заоблачных видений, и тяжкий груз идей. Так и хочется порой выбить из-под обутых в лапти ног мнимую подставку и запереть в каменном доме на необитаемом острове с бутылью чернил и стопкой бумаги, подальше от всяких этических и педагогических «вопросов», на которые он отвлекался, вместо того чтобы любоваться завитками темных волос на шее Анны Карениной. Но это невозможно; Толстой един, и борьба между художником, который упивался красотой черной земли, белого тела, голубого снега, зеленых полей, пурпурных облаков, и моралистом, утверждавшим, что художественный вымысел греховен, а искусство безнравственно, − борьба эта шла в одном и том же человеке. Сочиняя ли, проповедуя ли, Толстой рвался наперекор всему к истине. В «Анне Карениной» он воспользовался одним методом, в проповедях − другим, но, сколь бы утонченным ни было его искусство и скучными его воззрения, правда, которую он так мучительно искал и порой чудом находил прямо у себя под ногами, и без того всегда была с ним, ибо Толстой-художник и был этой правдой. Меня смущает лишь то, что, столкнувшись с этой правдой, он не всегда узнавал в ней себя. Мне нравится одна история: однажды под старость, ненастным днем, уже давным-давно перестав сочинять, он взял какую-то книгу, раскрыл ее наугад, заинтересовался, увлекся и, взглянув на обложку, с удивлением прочел: «Анна Каренина» Льва Толстого.
Откуда эта одержимость Толстого, которая всю жизнь сковывала его гений, да и сегодня смущает чуткого читателя? Наверное, суть ее в том, что мучительный поиск истины, правдоискательство было для него дороже, чем легкая, красочная, блистательная иллюзия правды. Старая русская истина с ее неистовством и тяжелой поступью никогда не была приятной собеседницей. Не будничная правда, но бессмертная Истина, не просто правда, но озаряющий собой весь мир свет правды. Когда Толстому случалось найти ее в себе, в блеске собственного воображения, он почти бессознательно шел по верному пути. И что нам вся его борьба с господствующей православной церковью, его этические воззрения рядом с отрывком из любого романа, отмеченного печатью этого озарения? Истина − одно из немногих русских слов, которое ни с чем не рифмуется. У него нет пары, в русском языке оно стоит одиноко, особняком от других слов, незыблемое, как скала, и лишь смутное сходство с корнем слова «стоять» мерцает в густом блеске этой предвечной громады. Большинство русских писателей страшно занимали ее точный адрес и опознавательные знаки. Пушкин мыслил ее как благородный мрамор в лучах величавого солнца. Достоевский, сильно уступавший ему как художник, видел в ней нечто ужасное, состоящее из крови и слез, истерики и пота. Чехов не сводил с нее мнимо-загадочного взгляда, хотя чудилось, что он очарован блеклыми декорациями жизни. Толстой шел к истине напролом, склонив голову и сжав кулаки, и приходил то к подножию креста, то к собственному своему подножию».
Владимир Набоков «Лекции о русской литературе».
Сегодня исполнилось 87 лет Сонни Роллинзу (Theodore Walter «Sonny» Rollins) − одному из патриархов джаза, выдающемуся тенор-саксофонисту и импровизатору. Смотрим видеозапись концертного выступления музыканта в Токио. Cонни Роллинз исполняет пьесу Р. Роджерса «Falling In Love With Love».
Как известно, чиновники всех стран примерно одинаковы. Средства на культуру выделяют по остаточному принципу, и время от времени результат такого отношения дает о себе знать. Вот и на этот раз сокращение финансирования государственного музея привело к катастрофе, последствия которой еще предстоит осознать. 2 сентября этого года полностью сгорело здание Национального музея Бразилии («Museu Nacional»), расположенного в парке Кинта-да-Боа-Виста в городе Рио-де-Жанейро. В трехэтажном дворце, которому в этом году как раз исполнилось двести лет, находилась огромная коллекция археологических артефактов и раритетных произведений доколумбовой эпохи: изделий ювелирного и декоративно-прикладного искусства индейцев Бразилии, древнейшие ископаемые останки человека на территории Америки, похоронные урны из Амазонии, статуэтки и вазы индейцев тапажос, уникальная бразильская мумия, куклы, посуда, корзины, керамика, подвески. Собрание музея располагало античной коллекцией из более чем семисот предметов, среди которых множество египетских экспонатов: фрагменты барельефных изображений, алебастровые чаши, погребальные конусы, саркофаг XI века до н. э., мумия кошки и богатейшая коллекция масок, ваз, амулетов, статуэток и украшений, датируемых вплоть до 1500 года до н. э. А музее был представлен один из крупнейших в мире метеоритов, обнаруженный в 1784 году, а также ископаемые останки динозавров и других вымерших животных, коллекции насекомых, птиц и минералов. Всего в Национальном музее хранилось более 20 миллионов экспонатов, и лишь немногие из них удалось вынести из горящего здания.
Историческим памятником являлся и сам дворец Сан-Кристован, как бывшая резиденция бразильских императоров. Королевский национальный музей в нем был учрежден в 1818 году королем Португалии Жуаном VI. Поначалу здесь располагался центр, специализировавшийся исключительно на научных исследованиях, поскольку в начале XIX века Бразилия оставалась огромной и дикой колонией, практически не охваченная наукой. Ученые собирали образцы местной флоры и фауны, из-за чего старое здание музея, расположенное в центре Рио-де-Жанейро, прозвали «Домом птиц» из-за находившейся в нем коллекции пернатых. В наши дни в Национальном музее Бразилии работало около сотни ученых: археологов, искусствоведов, натуралистов. Слава Богу, что никто из них не пострадал во время пожара. Надо отдать им должное, многие из них, рискуя жизнью, всю ночь выносили из огня ценные экспонаты.
Согласно заявлениям властей, причиной пожара стала халатность. Наверное, трагедии можно было избежать, если бы предложенный ранее проект реорганизации музея удалось осуществить. В Федеральном университете Рио-де-Жанейро, к которому с 1946 года приписан музей, считают, что пожар − неизбежное следствие той разрухи, которая царила в нем последние несколько лет. По сообщениям газет, ученые давали деньги из собственных карманов на оплату уборщиц. Сотрудники музея ранее неоднократно жаловались на сокращение финансирования и ветшающее здание «Museu Nacional». Вот все как в русской пословице: пока жареный петух не клюнет, мужик не перекрестится. Ниже вы можете увидеть, что осталось от здания музея после пожара.
На прошедшем в Мадриде шоу «Mercedes Benz Fashion Week Madrid 2019» замечательно выступили танцоры испанского Национального балета, продемонстрировавшие своей хореографией не только настоящую красоту фламенко, но и истинное предназначение работы кутюрье. А именно − насколько комфортным и фунциональным должен быть модный мужской костюм. Неделя «Mercedes Benz Fashion Week Madrid» основана на последних тенденциях в мире моды. Дважды в год свои лучшие творения показывают как хорошо известные, так и начинающие дизайнеры со всего мира. По традиции главными спонсорами мероприятия выступают компании «Mercedes-Benz», «L’Oreal» и «INDITEX». В дефиле OTEYZA «Raices SS19» участвовали танцоры: Серхио Берналь, Эдуардо Мартинес, Хосе Мануэль Бенитес, Карлос Ромеро, Карлос Санчес, Антонио Корредарес, Хуан Педро Дельгадо, Альберт Эрнандес, Альваро Марбан, Альфредо Мерида. Постановка знаменитого испанского хореографа Антонио Нахарро.
Лучший, на мой взгляд, некролог, недавно ушедшему от нас российскому писателю Владимиру Александровичу Шарову, опубликовал сегодня Михаил Наумович Эпштейн на своей страничке в Фейсбуке. Привожу его дословно:
«У меня нет сомнений, что Владимир Шаров (7.4.1952 − 17.8.2018) − один из величайших писателей своего поколения. Причем писатель для всех, а не для немногих − ничуть не переусложненный, открытый для чтения и понимания, хотя, в отличие от более модных современников, таких, как В. Пелевин и В. Сорокин, он никогда не заигрывал с публикой, не подмигивал, не прибегал к намекам на злобу дня. Нужно немного вчитаться − и тогда его текст электризует читателя силой мысли и динамикой сюжета. Это смесь истории и фантасмагории, богоискательства и психопатии − опыт проникновения в коллективное бессознательное российской истории.
Шаров − историк не только по образованию, но и по мироощущению. Он чувствовал историю органически, как протяжение своего «я», своего рода в глубину времен. От него я впервые услышал, еще в начале 1980-х, про концепцию русской истории как самоколонизации: власть завоевывает свою страну с жестокостью, подобающей именно колонизаторам, и относится к собственным землям как к колониям. Много позже эта мысль была развернута систематически другими исследователями, например, в значительной книге Александра Эткинда «Внутренняя колонизация».
Когда в 2003 г. я вернулся в Россию после 13-летнего отсутствия, Володя первый сказал мне о том, что уже тревожно носилось в воздухе: при всем блеске новоотстроенной постсоветской Москвы, историческая жизнь России начинает течь по тем феодальным, царско-боярско-опричным руслам, которые были проложены еще до петровских реформ, в средневековой Московии. Володя оказался прав на много лет вперед.
Своими романами Володя открыл огромную историческую тему: Россия как новый Израиль, Москва как четвертый Иерусалим (после Рима и Константинополя). Этому народу, верующему в свою богоизбранность, по сути, безразлично, возводить или крушить храмы, совершать подвиги или преступления, поскольку «священное», которым он одержим, находится по ту стороны добра и зла и делает неразличимыми облики Бога и дьявола. Шаров открыл эту тему − и, по сути, закрыл ее; его безвременный уход в каком-то большом смысле завершает целую эпоху. Российская история, все еще остававшаяся «священной» в советскую эпоху, в ХХI в. стремительно десакрализуется, не оставляя места для таких грандиозных художественных конструкций.
Удивительно и обидно, что почти во всех газетных некрологах о Шарове повторяется одна и та же неизвестно кем брошенная фраза: «Писателя называли провокатором за сравнение большевизма с православием». Ничего провокационного в этом сравнении нет, так же, как и в уже достаточно традиционном представлении о марксизме как о вывернутой наизнанку религиозной доктрине спасения. Владимир Шаров работал с глубочайшими матрицами российской истории, сочетавшими ветхозаветное, новозаветное, сектантское, богоборческое, атеистическое, и все эти матрицы накладывались друг на друга, в чем мы убеждаемся сегодня яснее, чем когда-либо. Шаров первым художественно освоил эту многоматричность отечественной истории. Она потому и движется по кругу, что один слой значений перекодируется в другой, один пласт времени просвечивает через другой. То, что тормозит прогресс, идет на пользу мифотворчеству. Эта самоповторяемость, глубинная цикличность российской истории становится у Шарова мощным орудием художественной герменевтики, искусства многослойной интерпретации. Его романам предстоит долгая жизнь переосмысления у все новых поколений читателей.
Книги Владимира Шарова:
• След в след: Хроника одного рода в мыслях, комментариях и основных датах (1991, переиздания 2001, 2002, 2016);
• Репетиции (1992, отд. изд. 1997, переизд. 2003, 2009);
• До и во время (1993, отд. изд. 1995, переизд. 2009);
• Мне ли не пожалеть (1995, отд. изд. 1997, переизд. 2014);
• Старая девочка (1998, переизд. 2013);
• Воскрешение Лазаря (2002, отд изд. 2003);
• Будьте как дети (2008, переизд. 2017, короткий список премии Большая книга);
• Возвращение в Египет (2013, лауреат премии «Русский Букер»-2014; Большая книга-3, 2014);
• Царство Агамемнона (2018);
• Рама воды (стихи) (2016);
• Искушение революцией. Русская верховная власть (сборник эссе) (2009);
• Перекрестное опыление (сборник эссе) (в печати)».
