Из цикла «Художник говорит».
«Арт-рынок работает по тем же законам, что и любой другой: если твои работы продаются, тебе рады. Особенно на солидных платформах. Их цель − свести покупателя с художником и заработать свой процент на оказании этой услуги. Некоторые галереи действительно проводят жесткую селекцию, требуя заполнения специальных анкет. А кое-где даже запрашивают экспертную оценку для подтверждения установленной художником цены. Разумеется, есть и оборотная сторона: участие в коммерческой выставке не гарантия, что работы купят. Художнику наверняка пообещают, что проведут маркетинговую кампанию, но в договоре об этом могут «забыть», как говорится − читайте мелкий шрифт. При возникновении нештатных ситуаций − полотно повредили, раму разбили − большинство платформ всеми силами стараются снять с себя ответственность.
Впрочем, арт-рынок никогда не был райским садом: издательства с удовольствием использовали репродукции картин без указания авторства, лично я сам несколько раз с этим сталкивался. И сами картины, бывало, растворялись в тумане, а потом некто выходил на меня с предложением выкупить на аукционе. И в Штатах, и в Европе абсолютно в порядке вещей присвоить похищенному полотну другое название и прокрутить несколько раз через публичные аукционы. При таком раскладе даже с помощью опытного юриста крайне сложно доказать, что это твоя работа. Более того, наличие судебного решения в твою пользу само по себе не является гарантией, что оно будет исполнено.
Есть художники, у которых сложился пул коллекционеров. Они пишут не очень много, продают работы через соцсети, доверяя проверенным клиентам и людям, которым их рекомендовали. Однако теперь и это не панацея, поскольку легко нарваться на мошенничество при взломе аккаунта через фишинговую ссылку.
Мои работы были представлены во многих зарубежных галереях − «Singulart», «Saatchi Art», «Artfinder», «Fine Art America», − так что судить о происходящем я могу по собственному опыту. Обстановка начала меняться во время пандемии, и процесс этот продолжается до сих пор. Правда, тогда ограничения были общими для всех, и самыми сложными оказались проблемы с логистикой − туда не впускают, отсюда не выпускают. Произошел резкий скачок интернет-продаж, и все решили, что это оптимальное решение проблемы.
А потом наступил 2022 год и подавляющее большинство зарубежных галерей попросило российских авторов, что называется, на выход, буквально через пару недель после начала СВО. С аукционов сняли уже заявленные картины, доступ к работам, размещенным на сайтах, заблокировали. Одни площадки прекращали сотрудничество в самой грубой форме, другие пытались держать лицо, уверяя, что мы расстаемся «до лучших времен», третьи откровенно заявляли, что стоит мне покинуть страну, как они тут же восстановят меня в правах. Карательных мер не избежали и художники, много лет живущие за рубежом и считающие себя гражданами мира. Платформы, не желающие совсем прекращать сотрудничество с нашими мастерами, ограничивают в правах иначе, к примеру не дают размещать рекламу или вводят платную подписку на свои услуги. Галереи делают хуже только себе: теряют и доверие, и художников, и, самое главное, потенциальных покупателей. К примеру, платформа «Singulart» уже закрывает свои филиалы. Дело в том, что все эти санкции не прописаны в юридических нормах принимавших их государств, так что рано или поздно галереям придется иметь дело с судебными исками.
Сегодня, если ты не хочешь «писать в стол», нужно учиться составлять бизнес-планы, просчитывать риски, продумывать стратегию переговоров с музейщиками, меценатами, спонсорами. Это очень важно. Многим трудно преодолеть психологический барьер и представить деловому человеку свое творчество − возникает ощущение, что ты просишь милостыню. А ведь бизнесмен смотрит на ситуацию иначе − он готов вложить средства в то ценное, чем ты обладаешь. Да, в этом случае мозги работают в другом режиме, но это и хорошо.
Прежняя, тщательно отлаженная логистическая система развалилась на глазах. Раньше можно было положиться на «DHL», сегодня этот оператор работает только на вывоз грузов из России. Мало того, катастрофически выросли тарифы: на перевозки между Европой и Америкой они на порядок ниже, и если американский художник может сам оплатить эти сто долларов, не включая их в стоимость картины, то российский, которому нужно выложить в десять раз больше, подумает дважды. Налицо недобросовестное конкурентное преимущество. Логистика − самая рискованная часть процесса продажи. Далеко не у всех транспортных компаний есть четкие правила приема хрупкого груза к отправке. Его нельзя перевозить без жесткой упаковки, но нередко грузчики просто ленятся делать обрешетку.
Раньше главным поставщиком качественного багета была Чехия, откуда мы сегодня не получаем ни лучинки. Найти багет аналогичного качества не так просто. Ну, и цены, естественно, взлетели до небес. Казалось бы, у нас с древесиной проблем быть не должно, но отечественные предприятия не торопятся занимать освободившуюся нишу.
Интересы у потенциального покупателя и обычного посетителя разные. Первый выбирает произведение, которое собирается вписать в свою повседневную жизнь, второй приходит за эмоциями или из любопытства. Публика, кстати, тоже постепенно меняется − усталость от деструктива в искусстве, причем в самых разных его областях, проявляется все заметнее. Деструктив хорош как пряная нота в привычной пище. Когда точно знаешь, что голодным не останешься, можно и поэкспериментировать со вкусами. А вот когда входишь в зону турбулентности, хочется чего-то правильного, предсказуемого и надежного.
Знаю художников, оставивших творчество именно из желания надежности. Творчество требует не только способностей, но и чувства ответственности, умения держать удар, которому хорошо учиться у людей бизнеса. Они на собственном опыте знают, что любое дело развивается через спады и подъемы, многие проходят через крах и банкротство, бывает, что и не по одному разу, но находят в себе силы начать все с начала. Творческие кризисы − то же банкротство, из которого нужно выбраться и снова встать к мольберту».
Интервью с художником проводилось в рамках Национальной платформы ARTISTS/ХУДОЖНИКИ, созданной благодаря поддержке Президентского фонда культурных инициатив.
Семен Леонидович Кожин (1979 г.р.) − российский живописец и график.
Фото: © архив Семена Кожина.
