На вопрос, как вообще себя чувствует сегодня современное российское искусство на международной арт-сцене, куратор Массимилиано Джони (Massimiliano Gioni) ответил:

«Вопрос очень широкий, здесь трудно ответить коротко. На мой взгляд, поколение 1980-х и 1990-х − Пепперштейн, Кабаков, Монастырский − нашло признание за рубежом: и в том, что касается выставок, и в том, что касается исследований. А когда речь идет о более молодых художниках, мне кажется, им несколько сложнее стать известными, хотя «Manifesta» в Петербурге три года назад, конечно, привлекла внимание к современному российскому искусству более новых поколений. Дело еще в том, что сейчас в искусстве нет одного большого направления, которое бы всех объединяло. И поэтому становится труднее пробиться на мировой арене. Смотрят уже только на конкретное имя, а не на бирку направления.

Сейчас возникла такая интересная ситуация, когда институции начинают играть более заметную роль, и российские институции начинают становиться узнаваемыми за рубежом, такие как, например, «Гараж», фонд «V-A-C» и так далее. Если подумать о художниках предыдущих поколений, таких как Кабаков и другие, − не было такой инфраструктуры под рукой, они работали из подполья. А сейчас все это есть. Сейчас в России, как и в Италии, возникают все новые и новые частные и частно-государственные институции, которые берут на себя ту роль, которую раньше исполняло только государство.

Для непосвященного человека есть такой парадокс: институции развиваются, но русское и итальянское современное искусство, как кажется, продолжают оставаться в маргинальной зоне, они почти не известны в мире. С другой стороны, в последние годы все пишут о трендах то на индийское искусство, то на азиатское и так далее. Что мешает русскому или итальянскому современному искусству быть в международном тренде?

Эти тренды задаются рынком искусства. У рынка логика очень простая: купить дешево − продать дорого. Поэтому он ищет, где поживиться в каких-то экзотических местах. Он забирается туда, где никто еще не прошелся. И российское, и итальянское искусство были в таком положении в 1960-е годы. Это итальянское arte povera, отчасти московский концептуализм, которые представляли собой своего рода миф «возвращения к истокам». И поскольку эта тенденция касается именно рыночных закономерностей, то, может быть, не так и плохо, что арт-рынок сейчас обходит стороной Россию и Италию. Может быть, это знак зрелости. Может быть, нас теперь причисляют к взрослым, а не к детям, у которых можно что-нибудь такое забрать». Отсюда. Фото: © www.myartguides.com.