Анна Ахматова

  «Лирика для Ахматовой не душевное сырье, но глубочайшее преображение внутреннего опыта. Перевод его в другой ключ, в царство другого слова, где нет стыда и тайны принадлежат всем. В лирическом стихотворении читатель хочет узнать не столько поэта, сколько себя. Отсюда парадокс лирики: самый субъективный род литературы, она, как никакой другой, тяготеет к всеобщему. В этом именно смысле Анна Андреевна говорила: «Стихи должны быть бесстыдными». Это означало: по законам поэтического преображения поэт смеет говорить о самом личном — из личного оно уже стало общим». Лидия Гинзбург

   В этот день, 23 июня, родилась Анна Ахматова. Сверху – один из самых известных живописных портретов поэтессы, созданный в 1914 году художником Натаном Исаевичем Альтманом, в свойственной ему, стилизованной манере раннего кубизма. Ниже — более бытовой, но в то же время, и в чем-то – «иконописный» образ Ахматовой, написанный советским художником Кузьмой Сергеевичем Петровым-Водкиным в 1922 году. На мой взгляд, обе картины удачно передают сложный характер этой сильной женщины, пережившей немало утрат и горестей на своем веку. В одной из них – слегка надменный, утонченный образ рафинированной эстетки Серебряного века русской поэзии, «отягощенной» дворянским происхождением. В другой – одухотворенный в своей простоте лик женщины, оказавшейся в жестоких реалиях эпохи победившей «диктатуры пролетариата».

  «Музыка ахматовской строфы абсолютно самостоятельна: она обладает уникальной центробежной энергией. <…> Анна Андреевна находилась во власти этой самой строфы. Я помню, как она меня учила. Она говорила: «Иосиф, если вы захотите писать большую поэму, прежде всего придумайте свою строфу – вот как англичане это делают». У англичан это дело действительно поставлено на широкую ногу. Почти каждый поэт придумывает свою собственную строфу». Иосиф Бродский (из сборника Соломона Волкова «Диалоги с Бродским»).

Один идет прямым путем,
Другой идет по кругу
И ждет возврата в отчий дом,
Ждет прежнюю подругу.
А я иду – за мной беда,
Не прямо и не косо,
А в никуда и в никогда,
Как поезда с откоса.
 
(1940 )
 
Из цикла «Тайны ремесла» (1936-1960)
 
1. Творчество
Бывает так: какая-то истома;
В ушах не умолкает бой часов;
Вдали раскат стихающего грома.
Неузнанных и пленных голосов
Мне чудятся и жалобы и стоны,
Сужается какой-то тайный круг,
Но в этой бездне шепотов и звонов
Встает один, все победивший звук.
Так вкруг него непоправимо тихо,
Что слышно, как в лесу растет трава,
Как по земле идет с котомкой лихо…
Но вот уже послышались слова
И легких рифм сигнальные звоночки,—
Тогда я начинаю понимать,
И просто продиктованные строчки
Ложатся в белоснежную тетрадь.
 
2.
Мне ни к чему одические рати
И прелесть элегических затей.
По мне, в стихах все быть должно некстати,
Не так, как у людей.

 

Когда б вы знали, из какого сора
Растут стихи, не ведая стыда,
Как желтый одуванчик у забора,
Как лопухи и лебеда.

 

Сердитый окрик, дегтя запах свежий,
Таинственная плесень на стене…
И стих уже звучит, задорен, нежен,
На радость вам и мне.
 
This entry was posted in Поэзия and tagged , , , , , , , . Bookmark the permalink.